Немецкая антарктическая экспедиция 1938–1939 годов: что в отчётах

Экспедиция судна «Швабенланд» к берегам Антарктиды — редкий случай, когда легенда выросла не из тайны, а из хорошо изданного научного отчёта. Плавание было официальным, результаты публиковались, карты печатались, участники давали интервью.

Ровно поэтому её удобно разобрать по пунктам: маршрут, сроки, задачи, результат. И увидеть, где к этому позже пририсовали подземный город.

Начать стоит с причины, по которой Германия вообще отправила судно к Южному полюсу. Причина была экономической и довольно приземлённой.

Зачем плыли

К концу тридцатых годов Германия была одним из крупнейших в мире потребителей китового жира. Он шёл на маргарин и на технические нужды, включая производство глицерина, и покупался в основном у Норвегии за валюту, которой не хватало. Программа хозяйственной самостоятельности требовала собственного китобойного флота и собственных промысловых районов.

Второй мотив — территориальный. Антарктида в те годы делилась заявками: сектора объявляли Британия, Новая Зеландия, Австралия, Франция, Норвегия. Немецкая экспедиция должна была застолбить участок прежде, чем это сделают другие.

Организацией занималось ведомство четырёхлетнего плана. Начальником назначили Альфреда Ричера — опытного полярника, участника арктических плаваний. Судном стал «Швабенланд», грузовой пароход, переоборудованный для трансатлантической авиапочты: на нём была паровая катапульта для запуска гидросамолётов.

Что сделали

Хронология известна точно:

• 17 декабря 1938 года — выход из Гамбурга
• 19 января 1939 года — судно у кромки шельфового льда Земли Королевы Мод
• январь и февраль 1939 года — авиасъёмка с двух летающих лодок «Дорнье-Валь», названных «Пассат» и «Борей»
• середина февраля 1939 года — уход от берега
• 11 апреля 1939 года — возвращение в Гамбург

За несколько недель самолёты выполнили около пятнадцати съёмочных полётов и отсняли порядка одиннадцати с половиной тысяч кадров, покрыв площадь в сотни тысяч квадратных километров. По маршрутам сбрасывали металлические вымпелы со свастикой — символическая процедура заявки. Обследованную область назвали Новой Швабией.

Кроме аэрофотосъёмки велись океанографические, метеорологические и биологические наблюдения, промеры глубин, сбор проб. Высадки на берег были короткими и немногочисленными.

Заявка при этом опоздала: Норвегия объявила Землю Королевы Мод своей 14 января 1939 года, за пять дней до подхода немецких самолётов.

Экспедиция простояла у берега около трёх недель и не имела ни строительной техники, ни грузов, ни людей для чего-либо, кроме съёмки.

Что было дальше

Второе плавание планировалось, но не состоялось: началась война. «Швабенланд» использовался по прямому назначению, а после войны был затоплен вместе с грузом химических боеприпасов.

Материалы экспедиции частично опубликовали ещё до войны, полный отчёт вышел позже; часть фотопластинок и документов пострадала при бомбардировках. Составленные по снимкам карты имели ограниченную точность — не хватало наземных опорных точек, — и позже их уточняли норвежские и британские экспедиции.

Названия, данные немецкими картографами, частично сохранились в международной номенклатуре: горные хребты и массивы Земли Королевы Мод носят их до сих пор. Само наименование «Новая Швабия» никакого юридического значения не имеет и существует лишь как исторический термин.

Почему из этого сделали тайну

Набор условий для мифа сложился удачно. Экспедиция была немецкой и предвоенной, район — недоступным, документы — частично утраченными, а сброшенные вымпелы со свастикой давали яркую картинку. Дальше требовалось лишь предположить, что съёмка была не целью, а прикрытием.

Проверяется это предположение просто: строительство в Антарктиде — тяжелейшая логистическая задача. Послевоенные станции возводились годами, требовали десятков рейсов, специальной техники и постоянного снабжения. Одно судно за три недели не может оставить на леднике ничего, кроме следов посадки самолёта.

Реальная экспедиция «Швабенланда» интересна как эпизод предвоенной борьбы за ресурсы и территории. В ней есть экономический расчёт, инженерная изобретательность, спешка, соперничество с Норвегией и полное отсутствие романтики. Приписанный ей подземный город не добавляет к этой истории ничего — он просто подменяет её другой, где вместо документов остаются намёки.