Французский подход: как государство изучает небо без сенсаций

Пятого ноября 1990 года над значительной частью Франции наблюдали медленно летящую светящуюся структуру. В министерства и редакции поступили тысячи сообщений; на следующий день газеты вышли с сенсационными заголовками.

Ответ был дан быстро и без драматизма: в тот вечер в плотные слои атмосферы над Европой вошла отработавшая ступень ракеты-носителя, и её фрагменты, разлетевшиеся цепочкой, дали именно такую картину. Расчёт орбиты и время события совпали.

Способность закрыть массовый эпизод за сутки — не удача, а результат институции. Во Франции с 1977 года существует государственная группа, которая занимается такими сообщениями постоянно, и её история показывает, как выглядит неромантичный, но работающий подход.

Три названия одной службы

Группа была создана при Национальном центре космических исследований — французском космическом агентстве — и с самого начала располагалась в Тулузе.

• 1977 год: создана группа изучения неопознанных аэрокосмических явлений во главе с инженером Клодом Поэром. Задача — приём сообщений, опрос свидетелей, экспертиза.
• 1988 год: реорганизация, новое название и смещение акцента на анализ входов в атмосферу космического мусора, которые давали основную массу зрелищных случаев. Руководителем стал Жан-Жак Веласко.
• 2005 год: очередное преобразование в группу изучения и информирования о неопознанных аэрокосмических явлениях. С 2007 года картотека выкладывается в открытый доступ.

Штат всегда был крошечным — единицы сотрудников, — но группа опирается на соглашения с жандармерией, гражданской авиацией, метеослужбой и военными, которые передают ей первичные сведения.

Как выглядит процедура

Основа работы — не экспертиза объекта, а качественный опрос свидетеля. Сообщение принимается через жандармерию или напрямую, после чего заполняется формализованная анкета: время с точностью до минут, координаты точки наблюдения, направление и угловая высота, угловой размер в сравнении с известными предметами на вытянутой руке, длительность, метеоусловия, характер движения, наличие звука.

Затем проверяются внешние данные: расписание пролётов спутников, положение планет, планы полётов, запуски аэростатов, работа лазерных прожекторов, время запусков ракет. Для многих дел этого достаточно.

Итог заносится в одну из четырёх категорий:

• A — явление опознано надёжно;
• B — опознано с высокой вероятностью;
• C — данных недостаточно для любого вывода;
• D — качественные данные есть, но объяснения нет.

Ключевое достоинство этой шкалы в том, что она разделяет незнание и нехватку сведений. Категория C — самая многочисленная, и это честно: в большинстве случаев человек сообщает слишком мало, чтобы можно было хоть что-то сказать. В категорию D попадают единицы процентов дел.

Случай в Транс-ан-Прованс

Самое известное дело группы датируется 8 января 1981 года. Житель деревни Транс-ан-Прованс Ренато Николаи сообщил, что видел на своём участке приземлившийся на короткое время объект.

На следующий день на месте работали жандармы, затем специалисты группы. Они зафиксировали кольцевой след на грунте, взяли пробы почвы и растений и передали их в лаборатории.

Результаты оказались неоднозначными и до сих пор обсуждаются. Механическое уплотнение грунта и локальный нагрев подтвердились. Биохимический анализ дикой люцерны с этого участка, выполненный под руководством биолога Мишеля Буниа, показал изменения в содержании ряда веществ, характерные для растений, переживших стресс; интерпретация этих данных вызвала возражения, поскольку контрольные образцы отбирались не идеально.

Дело осталось в категории неопознанных при наличии данных. Публикация 1983 года честно перечисляет как находки, так и слабые места методики — редкий образец служебного документа, не пытающегося выглядеть убедительнее, чем позволяет материал.

Открытая картотека сделала для этой темы больше, чем любые разоблачения: спорить стало можно только о содержании конкретных дел.

Чем этот опыт полезен

Французская модель не даёт сенсаций и не обещает открытий. Она делает другое: превращает разрозненный поток сообщений в сопоставимые данные и публикует результат вне зависимости от того, красив он или нет.

Побочный эффект оказался не менее важным. Когда у гражданина есть куда обратиться и он получает мотивированный ответ, ощущение сокрытия не возникает. Общественный накал вокруг темы во Франции заметно ниже, чем в странах, где ведомства предпочитали отмалчиваться, и это следствие не национального характера, а работающей процедуры.

Доля дел, остающихся необъяснёнными при хорошем качестве данных, во французской картотеке измеряется несколькими процентами и за десятилетия почти не менялась. Эти проценты — не запас чудес, а нормальный остаток любой наблюдательной программы: явления бывают краткими, свидетели неточными, а приборов в нужной точке обычно нет. Ценность подхода в том, что этот остаток честно очерчен и не растёт от пересказа к пересказу.